ИНТЕРВЬЮ ВИОЛЕТТЫ БАША
ДЛЯ САЙТА ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ

Скажите, пожалуйста, когда Вы начали писать стихи?

- В детстве иногда отвечала маме рифмованными двустишиями в стиле поэта Вишневского. Но Вишневского тогда из меня не вышло. И даже Иртеньева.
Да и увлечения у меня были другие.

Какие?

Мое детство – это знаменитые шестидесятые. Помню КВН еще первых выпусков. Особенно запомнилась команда КВН Физтеха. И учиться я хотела только на физтехе или физфаке МГУ. Решила еще в младших классах.
Интересного было много – оттепель шестидесятых
– яркое время. Правда, она быстро сменилась «эпохой застоя». Но никакого застоя по сути и не было. Наше поколение – это было поколение романтиков, увлеченных наукой и бардовским движением.
Большое впечатление на меня произвели фильмы «Девять дней одного года» и «Еще раз про любовь», где героем был физик-ядерщик. Читала много фантастики. Так что, в школьные годы у меня было другое увлечение – физика и математика. Под впечатлением фильма «Девять дней одного года» я хотела заниматься только ядерной физикой.

Но физиком- ядерщиком вы так и не стали?

Неожиданно стала победителем двух подряд ( 1969, 1970) всесоюзных олимпиад по языкознанию и математике, проводимых МГУ, что давало мне право поступить туда без экзамена на филологический факультет, отделение структурной и прикладной лингвистики.
Но планы у меня были другие. Перед вступительными экзаменами вдруг узнала, что от мехмата отделился и образовался новый факультет вычислительной математики и кибернетики (ВМК). Что и решило дело. К тому же, любимым чтением тогда у меня была фантастика, Айзек Азимов, Стругацкие, Рей Бредбери. Искусственный интеллект, робототехника, а об Интернете мы тогда могли только мечтать, точнее, о всепланетной компьютерной системе. А тут – новое направление. Экзамены на этот факультет были в июле, а на филфак принимали в августе. Так я оказалась на ВМК.

Ну а поэзия все-таки, как она вошла в ваш круг интересов, когда вы стали писать стихи?

МГУ – вуз особый, в нем развита система межфакультетских семинаров, и естественники могут посещать семинары гуманитарных факультетов. На том же мехмате, куда я тоже ходила на семинары, были и семинары по истории, музыке и другие. Те же знаменитые Александровские вторники. А среди математиков были и барды - помню Сашу Суханова, и художники, и поэты.
Первый Новый год студенческой поры – 1972 – встретила в самом МГУ, и впервые там услышала Сергея Никитина. Бардовская песня – это целая эпоха.
Спала по 4-5 часов, много работала, училась легко, но надо было заниматься не только фундаментальными курсами, с первых курсов пошла и исследовательская работа. Парадокс в том, что чем большим количеством вещей занимаешься и интересуешься, тем больше успеваешь – время просто распределяешь по иному. На третьем – четвертом курсах вдруг пошли стихи. И я попала на знаменитый поэтический семинар МГУ замечательного поэта Игоря Леонидовича Волгина. Туда приходили такие поэты, как Арсений Тарковский, Юнна Мориц и другие поэты старшего поколения. Шла передача эстафеты от поколения к поколению.

И все же вы больше математик или поэт?

Математик – это первый этап в жизни, сейчас не назову себя поэтом, я этого слова вообще не употребляю почти никогда. Это решает время.
Сейчас – писатель, публицист.
Но в то время конечно – математик. В 25 лет защитила кандидатскую диссертацию по теоретической математике ( теория функциональных весовых пространств).

Когда вышли ваши первые публикации?

Первыми были опубликованы научные статьи. Это еще в аспирантуре - 1979 год.
Большой радостью для меня было узнать, что после публикации статьи в самом строгом математическом издании – «Вестнике академии наук», ее (дайджест по ней) опубликовали не только в СССР, но перевели и опубликовали в США. А поэзия тогда для меня была отдушиной и хобби.

А поэтические публикации?

В 1987 году вышла первая подборка моих стихов в журнале «Москва», одно из которых – это посвящение любимому поэту Николаю Рубцову.
С той поры публикаций было очень много, но все последующие появились после того, как я поработала и в гидрогеологии, и в геофизике, в Институте Проблем Нефти и газа АН ССССР. Была руководителем отраслевой оборонной лаборатории программистов в одном институте, ковавшем «оборонный щит Родины», а в начале 90-х ушла из науки, чтобы заняться журналистикой.

Оставить науку, наверное, не просто? Не жалеете?

- Да, долго время ностальгия была страшная. Знаю, что и мой научный руководитель, узнав, что я ушла из науки, огорчился. Ведь после моего ухода мои методы «стали работать» в разных прикладных областях как в России, так и за рубежом. Но в стране шли перемены, и хотелось не остаться в стороне, стать свидетелем, очевидцем и летописцем трудных времен.

А как вы принимали такое решение, расскажите немного подробнее?

- Довольно неожиданно. Наука рушилась, институты закрывались, но последовали приглашения в новые структуры, экономические. Сначала начальником компьютерного отдела, потом – внешнеэкономической деятельности. Имена там были такие известные, что пока еще их и не стоит приводить. Они на слуху.
Если в аспирантские годы с группой профессорско-преподавательского состава ( а мне пришлось некоторое время и вести семинары в МГУ) я побывала в ряде соц. Стран, в той же Югославии, то в начале девяностых, уже в другом качестве, по работе, я побывала сначала в Австрии, а затем в Лондоне.

В стране же шла, как я ее называю, «кровавая приватизация», и все это было не по мне.
Видела многое, и еще не пришло время публиковать увиденное.
Но стихи изменились резко. Пошли стихи на гражданскую тему.
В 1995 году как-то друзья рассказали мне, что в Москве проходит городской турнир поэтов. Идти сначала на него не хотелось – ведь стихи – это душа, а не спортивное соревнование. Но пошла и заняла первое место, затем участвовала во всероссийском турнире «Артиада» и снова – первое место. В жюри конкурса, проводимого под эгидой комитета по делам молодежи РФ и «Юнеско», кстати, от Союза Писателей России был и замечательный поэт Денис Коротаев, в некоторым смысле я считаю его своим учителем, хотя он на 12 лет моложе.
После победы пошли выступления на радио, в залах, я познакомилась с бардом Анатолием Беляевым, мы выступали в Москве и Подмосковье в поэтическими композициями. Резкие выступления на гражданскую тему не остались не замеченными. Нас показало региональное телевидение.
А вскоре меня пригласили на выездное совещание союза Писателей России, которое проходило в городе Владимир. Предварительно вызвав в СП Москвы и прослушав мои стихи. На прослушивании был отбор, и я попала в число приглашенных на совещание по приему молодых авторов. На нем было 120 поэтов со всей России и стран СНГ. Это было потруднее, чем защита диссертации. В комиссии были и профессора Литинститута, и руководители СП РФ. Критиковали и били нещадно. Причем, разрешалась критика друг друга и претендентами. Кое-кто не выдерживал и уходил прямо посреди обсуждения. В гостинице, где нас разместили, работали корреспонденты радио, мы не спали, по ночам собираясь в номерах и читали стихи. Делались интервью. Так прошло четыре дня. А потом нас всех собрали в торжественном зале мэрии города и объявили, что решением комиссии приняты 26 человек. Я даже не слушала – была уверена, что после такой критики повалят. И вдруг слышу свою фамилию.
Там же со мной познакомились военные журналисты, и пригласили меня работать в газету ПВО и ВВС России.
Ночь не спала, и решила – большой бизнес в России – не для меня, совесть не позволяет в этом участвовать. А военная журналистика – то, что надо! Пером как штыком.

А что такое – военная журналистика?

- Большой труд, знания военной авиации – пришлось постигать в короткие строки, и тут помогло образование, и еще военная журналистика - это большая боль. Все пропускаешь черед душу.
Ушла в бой – времена в России были лихие, хотелось пером сражаться и писать. Школа была жесткой. Много добрых слов хочу сказать спецвоенкору и замечательному поэту Валерию Осипову, учившему меня жесткой военной журналистике. А время было такое – середина 90-х!
Самоубийства офицеров из-за развала армии, распад семей, вывод «на жилье в чистое поле», расформирование. Рушили армию по живому, людей не берегли. Все, что видела, могу назвать одним словом – предательство. Хотя полное понимание картины пришло через несколько лет, когда занялась политической аналитикой и работала в отделе обороны и безопасности одной из официальных центральных газет.

Насколько мы знаем, что вы работали и в других изданиях? Более 3000 публикаций, мы помним :)

- Если коротко – пришлось поработать и в руководстве крупнейшего еженедельника «Мир новостей». Это ни с чем не сравнимо. И стоит целой книги. Затем были съемки на телевидении, и началась другая жизнь.
С середины 90-х у меня пошли публикации и в литературных изданиях – десятки статей в «Литературной России» ( и публицистика, и журналистские материалы, и рассказы) и несколько ( 5-6) - «Литературной газете». По одному материалу – экономика Крыма, со мной сняли сюжет НТВ-шники, они приехали прямо в «Литературку» и записали интервью. Сюжет прошел в новостном блоке НТВ в начале 2000 года.
Пришлось поработать и на радио. На радиостанции «Камертон» в середине 90х выходили в эфир серии моих передач о проблемах армии, программа называлась «Армия сегодня».
Из наиболее ярких моментов – в три часа ночи в апреле 2000 года мне позвонил бывший зам. по «Миру новостей», и пригласил редактором в создаваемую тогда газету «Моя семья», она быстро стала тоже, как и «Мир новостей» - миллионником. То есть, имеет тираж под миллион.
Эта работа сложная и совсем иная, нежели в новостных изданиях. Первый состав редколлегии «МС» - это были профессиональные сценаристы, и для меня это была отличная школа.

Ваши ориентиры в литературе?

- Путеводные звезды. Шестидесятники, о которых я уже говорила.
Еще со времен студенческой юности все мы читали и любили, конечно же, Булгакова, «Мастер и Маргарита». В то время такое увлечение, как чтение и распространение Булгакова, Пастернака, Солженицына могло обойтись недешево в плане судьбы и карьеры - мы перепечатывали на фотографиях или на стареньких печатных машинках (ксероксы были под контролем, а делать ксерокопии было риском), все это ходило по рукам ( учтите все-таки, что МГУ всегда считался «вольницей», мы имели доступ практически ко всей запрещенной литературе), и все же за подобные дела мы рисковали как минимум научной карьерой. В ряду ориентиров появившаяся примерно в то время «Чайка по имени Джонатан Ливингстон» Ричарда Баха. «Альтист Данилов» Владимира Орлова. Этот полный мистики и юмора роман можно назвать булгаковским «Мастером» эпохи Застоя. Там даже язык похож. Речь в ней идет о жизни «демона на договоре» Данилова, спущенного из «Девяти сфер» на Землю, чтобы творить зло по разнарядке, но упорно делающим прямо противоположное. Странное дело – Политбюро усмотрело в Демонических кругах свои собственные персоны, и, конечно же, книга тут же стала просто культовой! Очень любила Сергея Довлатова, как и Василия Аксенова. Недавно перечитывала обоих – Довлатова люблю как прежде. Из поэтов кроме тех, о ком уже сказала, самое сильное впечатление произвели Николай Рубцов и Олег Чухонцев. Вы понимаете, что список можно продолжить. Но если нужно коротко ответить – мы выросли под светом таланта взявшегося откуда-то и не имеющего аналога явления: шестидесятников. Ни до, ни после не было ничего подобного по яркости, по силе выплеска творческой энергии, по необыкновенной популярности. В то время стихи читали массы, поэты выступали на стадионах! Миллионы людей уходили от запретов в леса – слеты авторской песни, где звучали стихи Окуджавы, запрещенного тогда Иосифа Бродского, неугодного властям Владимира Высоцкого. Звучали песни на стихи настоящего великого русского поэта, второго Есенина - Николая Рубцова. До сих пор он – мой любимый поэт. На этих песенных слетах я познакомилась со многими неизвестными мне до этого поэтами. Авторская песня – по сути такой же не имеющий аналога феномен, как и шестидесятники. И возникнуть он мог только в стране, где было давление и запрет. Как ни странно, оно, это самое «нельзя» и рождало поколение талантливых людей, рождало очень яркую интересную поэзию и литературу. Еще один автор, о котором нельзя не сказать, и которым мы зачитывались в те годы – Владимир Набоков. Его язык, его стиль мне близок.

Какие темы в творчестве Вам более близки?

В поэзии – в первую очередь гражданская тема. Есть еще тема – сентябри. Это мой амулет и мой знак. Мой первый сборник стихов - «Середина сентября».
Сентябрь – не только время года. Это – время жизни. Точка зрелости.
Ветер странствий – тоже понятно. Я люблю путешествовать, объехала полмира. Европа, Африка, Азия. Особенно люблю Испанию и Португалию, о последней написала книгу. И конечно философская и любовная лирика.
Но период становления и зрелости – это часто переход от поэзии к прозе.
Сейчас я в большей степени – публицист и прозаик.
В журналистике – аналитик. Хотя в свое время написано было и много репортажей, очерков, и интервью с наиболее яркими и знаковыми людьми нашего времени. Актеры, политики, экономисты, военные – люди России. Услышать их, почувствовать, чем дышит Россия. Услышать ее боль, понять ее проблемы. Дать высказаться тем, кто должен быть услышан народом, и кто хочет быть услышанным. Докричаться. Хотя прекрасно понимаю, что сейчас за эпоха и как трудно русским людям, натерпевшимся, терпеливым, брошенным в эпоху тяжкую, быть услышанным по-настоящему.
Материалов опубликовано тысячи. В разных изданиях. Изданий около тридцати. Есть публикации и за рубежом, а русская диаспора там – вообще вещь интересная, с ней интересно полемизировать. Я не сторонник однозначных и категорических оценок и мнений. Люблю разбираться, пытаюсь выслушать и понять и другую сторону.
Мой роман о русской эмиграции 90-х в Португалию «Генерал из Лиссабона» – как раз об этом.

Какое, на Ваш взгляд, самое сильное произведение у Вас?

- Я бы не ставила так вопрос. Жанры разные, произведений много.
Но если выбрать, то визитной карточкой в поэзии наверное, являются стихотворения «Почему эти птицы на север летят?» и «Мы рано родились, уйдем до срока». Первое посвящено погибшим поэтам России, ведь известна трагическая закономерность – поэты в России долго не живут. Настоящие поэты. Второе посвящено моему поколению романтиков-семидесятников, на чьи плечи легко, пожалуй, самое трудное бремя – наша зрелость совпала с эпохой Перестройки и все, что случилось в дальнейшем, тоже тяжкий удар. Разрушались наши мечты и идеалы. Следующее поколение имеет больше шансов что-то исправить к лучшему, у них на это больше времени. Мы держали удар эпохи. Мои ровесники уходят из жизни до срока.
Из рассказов тоже выделю два. «Одно лето в Аду». Критики назвали его язык набоковским. Я так не думаю. Но Набоков мне близок. Рассказ о трагедии маленького человека, его любви в интерьере большой политики и межнациональных проблем. Разные народы, разная культура. Кто прав? Пожалуй, ответ дает Рембо. Понимание – вот ключ. Понимание и прощение. Но не ненависть.
И рассказ о крахе иллюзий поколения романтиков науки, семидесятников – «Вас вызывает Туманность Андромеды».
Из публицистики это два материала – «Две чеченских», материал, не опубликованный в центральной прессе ( его потом опубликовала «Лит. Россия»), и получивший диплом на конкурсе «Золотое перо Руси». Диплом этот не мне, а погибшим ребятам, воевавшим и брошенным государством. И опубликованный в «Литературке» материал «Край безымянных могил».
Документальная проза – это проект «Двадцатый век в лицах», предложенный мной и выходивший регулярно в периодике. Эта серия материалов о наиболее ярких людях, ассоциирующихся с веком прошедшим. Повесть о судьбе русского ученого Александра Чижевского «Земное эхо солнечных бурь».
И роман, который ждет своего издателя – «Генерал из Лиссабона», о нем я уже говорила. У меня был подписан с одним издательством договор, и роман должен был быть издан года 3 назад, но пришел кризис, и все рухнуло.

Над чем вы сейчас работаете?

Роман «Регистратор судеб». Пишу его уже четыре года. Это – исторический остросюжетный роман, альтернативная история с элементами мистики. Среди персонажей – Демоническое ведомство, Черные и Серые силы, Программисты Вселенной и известные исторические персонажи – Граф Сен Жермен, Король Артур, Лацеллот и математики с мехмата, Александр Третий, князь Галицын, Горбачев, Берия и другие, демоны и силы света, кого там только нет!
А действие романа проходит в разные эпохи и даже начинается еще до Большого Взрыва и в другой Вселенной. Есть даже альтист Данилов и его автор, и, конечно же, Королева Марго.

О чём Вы мечтаете в жизни и творчестве?

- О нобелевской премии по литературе и маленьком домике среди сосен на берегу атлантического океана. Ну, это совсем просто ;))
Чуток проблемнее, но думаю, что реально - об издании двух моих романов – «Генерал из Лиссабона» и «Регистратор судеб». Оба кинематографичны, и чем судьба не шутит, хотелось бы экранизации.

Можете ли Вы отметить какие-либо положительные и отрицательные стороны нашего сайта?

- Сайт сделан хорошо программно, это и хороший архив для рукописей, и для размещения муз. файлов. Главный положительный момент – на сайте люди находят соавторов, поэты – композиторов, общаются. О недостатках не хочу распространяться. На мой взгляд, сайт – это социальная сесть, самиздат с лит. уклоном. Хотелось бы поменьше склок, основной причиной которых часто являются амбиции, хотелось бы побольше доброго отношения друг к другу. Я, например, не обидчива, часто просто не читаю многого, а потом автор удивляется, что когда-то чем-то задел, а я прихожу в положительной рецензией или ставлю в анонс. Я просто не акцентируюсь на таких вещах, и не помню их. Если идет сетевой троллинг, а он есть на всех сайтах самиздата в той или иной степени, его лучше просто игнорировать. Главное – искры талантливого, а этих искорок на сайте много – созвездия и галактики. Так что, всем желаю добра, творческого роста, хороших друзей, побольше читателей, и удачи в жизни, в инете, в творчестве и реале. Абсолютно всем. И еще. Надо не забывать, что за экранами сидят живые люди. Это для меня главное. За три года сайт прошел большой путь, и постоянно совершенствуется. Растет. Я бы сказала так: большому кораблю большое плавание.

Какие Ваши любимые авторы в Избе? ТОП5 :)

Это вопрос сложный, назовешь пятерку ( она есть, конечно), другие обидятся.
На сайте создана мемориальная страница настоящего, большого поэта России Дениса Коротаева. Это не топ 5 избы, это уровень большой литературы. И, конечно же, никогда себя с ним не сравнивала, его можно сравнивать с Рубцовым, Блоком, Есениным и т.д. На сайте также создана мемориальная страница Клавдии Холодовой. Это направление надо развивать, надо не дать забыть людям стихи поэтов ушедших, ведь все, что мы можем сделать для них – это помнить и читать.
Из профессиональных поэтов хочу отметить Олега Павловского, Дину Немировскую. Стихи Олега очень люблю, читаю их с большим наслаждением. Дина – яркая и самобытная. Владимир Гилеп – Воха. Яркий автор. Мне нравится то понимание России, неравнодушие к ее боли, которые мы встречаем в стихах Виктора Майсова, Сергея Сухонина, Петра Корытко, Саши Сталина (Королева), последний еще и сильный автор-исполнитель, и достоин большущего уважения как военный летчик. В этом же ряду и песни Николая Прилепского сильного гражданского звучания.
Это и поэт- афганец Игорь Цырульников, неравнодушный и яркий.
О поющих поэтах надо сказать отдельно.
На сайте есть и Игорь Кольцов, автор военных песен, и другие авторы, поющие военные песни - это направление очень важно сейчас.
Публицист Валерий Хатюшин имеет свою гражданскую позицию, выраженную в цикле «Протуберанцы», отдельно хочу отметить то, что им ведется большая работа по возрождению имен казачьих поэтов времен Гражданской войны. Так, о творчестве Николая Туроверова я узнала благодаря Валерию Васильевичу.
Из профессиональных поэтов-бардов отмечу Анатолия Лемыша. Его творчество мне напоминает шестидесятые, Визбора, Галича, и многих бардов той поры. Нравится его цикл о Подоле. «Ангел мой» - замечательная песня.
Роман Кусимов безусловно поэт очень одаренный и яркий.
Мне нравятся стихи Павла Галича ( Галачьянца).
Николай Гульнев – яркий автор, который пишет о русских боевых офицерах, заслеживает большого внимания и благодарности за это.
Несколько лет назад на сайте встретилась с ярким поэтом Алексеем Серениным, его стихи напевны, наполнены душой самой России, у него свой голос в поэзии. Здесь явная перекличка с Сергеем Есениным, плюс глубокое знание русских корней, восходящих к традициям язычества, к легендам о Гиперборее.
А замечательные голоса поющих авторов избы! Как не сказать о них.
Сергей Морозов – его голос я бы назвала национальным достоянием России. Это и талантливые и порывистые, с мощным драйвом песни Инны Труфановой, и песни прекрасного мелодиста, талантливого человека Лены Чичериной. И Татьяна Воронова, которую слушаю всегда с большим удовольствием. И сама Русь поющая, голос ее и душа – Светлана Страусова.
Мне нравятся стихи Аркадия Стебакова и песни на них.
С каждой находкой нового талантливого автора на избе я испытываю большую радость, значит, не перевелась Русь талантами. Недавно вот прочитала стихи о войне Александра Амусина – сильно! Еще одно открытие – Русский солдат. Есть сильные стихи у Ильи Рагулина.
А Сергей Медведев - острая социальная сатира в его стихах известна всему сайту.
На сайте много молодых талантливых авторов. Ира Сорокина в свое время была для меня открытием, как и Стела Серебряная, и Неждана Юрьева, и Марина Покусаева. Перечислять все яркое и интересное могу еще и еще.
Из прозаиков хочу отметить хотя бы два замечательных и любимых имени – оба талантищи, оба – замечательные писатели и мои большие друзья - это Александр Муленко и Николай Лемкин. Кстати, и Олег Павловский – талантливый прозаик. Почитайте его питерский роман. Это интересно.
И многие другие. Роман Литван например. «Сибирские просторы» - не могу забыть эту его повесть.
И это далеко не все. Талантливых авторов на сайте много!

Чего Вам не хватает для счастья?

- А я счастлива. Но если бы меня об этом спросил Бог, попросила бы его о счастье для России. Впрочем, вечной молодости нам всем тоже бы не помешало. Здоровья и долголетия всем нам и нашим родителям. Хотя ушедших не вернуть, и это конечно вечная и большая боль. Мне так часто не хватает простого разговора с отцом и с Денисом. Но надо жить… и помнить.

Не могли бы Вы сочинить маленький экспромт по поводу Вашего призового места конкурсе, посвященному 3-летию сайта?

- Да бог с ним, с призовым местом. Я лучше про Русь нашу. Ну и немного про наш сайт.
Знаете, в 1997 году в доме Творчества Писателей в Крыму я познакомилась с замечательной карельской поэтессой Еленой Сойни, и ее стихи о России запали мне в душу:

Елена Сойни:

Не отвечай. Тебе привидеться
Смогу тибетскою провидицей,
Но лучше - северной провинцией
с такою северной судьбой.

Свою подругу - ночь бессонную,
белесую и невесомую,
как воду наших рек бессолую
Я приведу тогда с собой.

С улыбкой царской, независимой,
Не называй меня завистницей.
Россия держится провинцией
и русской женщиной - любой.

Так вот, я хотела бы перефоразировать ее строки так:

Лихой годины очевидцы,
Изба сдружила нас с тобой.
Россия славится провинцией
И каждой русскою избой!

Что можете пожелать начинающим авторам, которое только что пришли в Избу?

- Пожелать? Любить Россию, понимать, что такое русская культура, и какое это счастье – принадлежать к ней. Начинающим – роста и публикаций. Метрам – того же самого. Но главное – доброты, любви друг к другу. Понимания.

Вопросы задавал А. Хайруллин

http://stihiya.org/print_50426.html

Теги: Виолетта Викторовна Баша, Виолетта Баша, интервью, Изба-читальня, стихи